Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

МЕЩАНСТВО Мужчины
на главную 27 января 2009 года

Отличники гламура

Тренд-сеттеры и бонвиваны


Потребление товаров и услуг класса люкс — едва ли не столь же тяжкий и ответственный труд, как их производство. Для того, чтобы не выдохнуться, не сбиться с пути, не пасть смертью храбрых, нужно обладать подлинно мужским характером, выдержкой старого бойца.

В какой момент происходит метаморфоза, и человек из носителя неких идей превращается в носителя неких вещей — в самом широком смысле слова, — не всегда возможно установить хотя бы с приблизительной точностью. Особенно, если пытаешься отыскать поворотный момент в своей собственной биографии. Более того, носители вещей не всегда осознают, что катастрофа уже случилась и если не предпринять радикальных шагов, назад пути не станет вовсе, заметет. Практика, критерий истины, доказывает, что даже самые яростные борцы с гламуром и «рублевским пафосом» с удовольствием бросаются в омут и того и другого, как только им бывает предложена такая честь. Я, к сожалению, не знаю исключений.

Вспоминаю круг тем, волновавших моих знакомых десять лет назад. Особенности синтаксиса Довлатова. Личутин — бездарь или талант? (как будто ответ не очевиден). Шостакович и Прокофьев — поколение или антагонисты? И все в похожем — бессмысленном, но каком же, черт возьми, прекрасном, возвышенном духе.

«Как ты думаешь, на пятом выкинут „Поло“»? — взволнованно спрашивает у меня господин, еще пару лет тому назад живо интересовавшийся свежими находками из архива П. И. Чайковского. Да, глянец бьет сразу и наверняка, и даже в сказочном мире созвучий, в заточенном на духовное сознании немедленно нашлась плацкарта для «закрытой» распродажи компании Mercury на пятом этаже ЦУМа, этого новейшего аналога знаменитой «100-й секции» ГУМа. Я успокоил товарища: Polo Ralph Lauren на распродаже, скорее всего, будет — ведь надо куда-то девать все эти желтые вельветовые джинсы, понтярские сапоги до попы и ковбойские шляпы. Обитателям Рублевки, день и ночь озабоченным вопросами соответствия своих жилищ дворцовой классике, даже такой умиротворенный товар кажется чересчур смелым.

Иногда класть свою жизнь на алтарь dolce vita, быть, как выразился один мой приятель, «трудовой пчелкой удовольствий», трудно в буквальном смысле слова. Рост благосостояния, вставание с колен привели к тому, что в дольче виту кинулись буквально все кому не лень. И кризис пока — подчеркиваю, пока — остался незамеченным. В Барвихе Luxury Village в январе стояли очереди, кассирши метались между мужским и женским залом, ошалевшие продавцы забывали говорить «пожалуйста» и держать улыбку. Покупатели потели, переминались с ноги на ногу, вздыхали, слали скорбные SMS-ки, но держались до последнего: для профессионального бонвивана Gucci, Armani, Prada и, в особенности, Dolce&Gabbana — что-то вроде оранжевой спецодежды, в которую облачены наши милые таджики.

Да, в эпоху глобализации профессионалу роскоши приходится нелегко. Стоит отметить, что у него не всегда много денег — а иногда и отчаянно мало, и то, что богач покупает себе, гламурщик по призванию — позволяет. Причем с каждым сезоном это становится все сложнее и сложнее. Само понятие роскоши эволюционировало: сначала было «эксклюзивный», «элитный», потом VIP, затем «премиум» и вот теперь есть люди (и их мнению положено доверять), утверждающие, что только слово prime может в настоящее время обозначить высокий уровень, отдельность товара. Да уж, где тут «Лбом и певческим выгибом шеи, о, как я непохожа на всех!»

В ситуации денежного снежного кома профессиональному бонвивану — знатоку и авторов, и мод, и муз, и знатоков муз, — чтобы оставаться на плаву, приходится самому выдумывать некие тенденции, подтягивать общество к своим физическим, финансовым, этическим и эстетическим возможностям. Для обозначения этой важной светской работы придумано, вернее, заимствовано, даже специальное слово, более похожее, впрочем, на собачью кличку, — «тренд-сеттер».

Мой хороший друг Гена Йозефавичус был одним из тех, кто ввел (это утверждение, разумеется, справедливо лишь в пределах ограниченного социума) моду на дорогую брэндовую одежду, на шампанское великих французских домов, «эксклюзивные», тогда еще «экслюзивные», итальянские вина, на сигары и luxury-уикэнды в европейских столицах.

Олигархи падали ниц перед Геной — и правильно делали, потому что они думали, что умеют зарабатывать деньги, а он точно знал, как их грамотно потратить, чтобы не было стыдно ни перед собой, ни перед соседями из Европы. Иногда, разговаривая с кем-нибудь из «рублевцев», я вдруг ловлю себя на мысли: да, вот этому человеку не мешало бы посетить пару гениных «мастер-классов», понабраться манер-то, пообтесаться. Теперь, от Гены же, я знаю, что одежда должна быть интересной и удобной: брэнды перестали забавлять уставшего героя. Вино может быть и австралийским — и все равно оставаться хорошим. Мы вместе совершили потрясающую поездку по северу Италии и выяснили, что некоторые сорта просекко по качеству превосходят «Вдову Клико». И дом у моря Гена купил не на Лазурном берегу, не на Сардинии и не в Форте деи Марми, куда отправил весь наш олигархат, — а в чудесном диком уголке Черногории. И тем самым обозначил новый тренд. Luxury-уикэнды сменились длительными-предлительными luxury-отлучками в страны типа Мьянмы и Бутана — и турагентства класса prime немедленно почувствовали это изменение на, как говорит моя подруга Наташа Боборова, «реальных бронированиях».

Быть сибаритом в век высоких скоростей, нанотехнологий и прочего Кира Булычева — занятие, конечно, непозволительно старомодное, тургеневское прямо. Поэтому часто, очень часто бонвиванов подозревают в какой-то внутренней ране, в душевном непокое, пытаются за как бы маской разглядеть как бы лицо. «Что ты действительно (с мхатовским ударением на „действительно“) можешь сказать мне о нем, — спрашивает меня бьюти-редактор главного нашего глянцевого журнала, указывая на одно всем известное лицо из светской хроники. — Ведь вы хорошо знакомы». Очень образован. Умен. Не слишком богат. Довольно скрытный. Женат. Лето проводит на яхте. Зиму перестаивает на лыжах. Отлично готовит. Уникальная коллекция оружия. Играет в шахматы. «Не держи меня за дуру, — бьюти-редакторы в совершенстве владеют такой лексикой, не удивляйтесь. — Давай выкладывай начистоту».

А выкладывать-то нечего. Миру уже предъявлено все, что было, есть и будет. Это потайная дверь, за которой нет тайного хода, второго дна, иного смысла. Но с точки зрения картинки, бонвиванство необычайно притягательно, и у этого образа жизни появляются все новые и новые адепты. В основном из числа провинциалов, штурмующих столицу. Вообще забавно было бы подсчитать, сколько человек из одного выпуска светской хроники впервые переехали через МКАД, скажем, год тому назад.

Новичков довольно легко отличить по несколько преувеличенной манере говорить комплименты, по сильно акцентированному пренебрежению к «новым деньгам», за счет которых они, собственно, и кормятся, и вообще по известной суетливости, связанной понятно с чем. Их манит рынок, на котором соперничают не деньгами, не знаниями-умениями, не изворотливостью даже, а расслабленностью и обаянием — качествами, которые искусственным путем не размножаются, в неволе не родятся. «А вы, друзья, как ни трудитесь, все в бонвиваны не годитесь».


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: