Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

ГРАЖДАНСТВО Волга
на главную 20 июля 2007 года

Мимо клетки

Частная машина в Москве стала настоящим общественным транспортом


Оборот рынка частного извоза в Москве оценивают в 500 миллионов рублей в год; не знаю, кто вывел эту красивую и аккуратную цифру - полмиллиарда, но именно она звучит на всех совещаниях. Городская казна, соответственно, недополучает налоги, легальные таксисты - прибыль. Зато горожане в выигрыше.

Толкают в объятия

Периодически власти устраивают облавы на извозчиков-«нелегалов». В лучших традициях отечественной правоохранительной справедливости извозчичьи бандформирования... то есть, извините, группы вокзальных и аэропортовских бомбил остаются нетронутыми - метла проходится по тихим уличным индивидуалам.
Например, водитель Рахимов Эльсевар два года назад вздумал беззаконно обогатиться на две сотни рублей, взяв пассажира на Таганке. Только он подъехал к оговоренному месту, как подошли двое обэповцев, да еще и с понятыми. «Контрольная, - говорят, - закупка!»
И открывают папку служебного назначения с бланком протокола. Что же сделал преступный Рахимов Эльсевар - упал на колени, потребовал адвоката, стал изображать жертву милицейской провокации? Отнюдь. Он положил в служебную папку пятьсот рублей! Оскорбить московского милиционера предложением взятки - цинизм неслыханный. Так к статье о незаконном предпринимательстве добавилась статья о попытке дать взятку должностному лицу, находящемуся при исполнении. А всего в одной только столице в позапрошлом году были возбуждены около ста аналогичных уголовных дел.
Но режим облавы - что прилюдный пук: поморщились и прошло. Борьба с наглыми частниками ведется припадкообразно: то требуют обзаводиться лицензиями, то отменяют требования, то грозят сроками до 8 лет, то соглашаются на штрафы. Апофеоз административных восторгов: в Санкт-Петербурге одно время пытались заставить каждого бомбилу обзавестись кассовым аппаратом и переписывать паспортные данные пассажиров; такие законы, простите, уже не противодействие, а натуральный лоббизм вольного стопинга. Эта музыка будет вечной: в столице три года разрабатывался «Закон о такси в городе Москве», ему предшествовала разработка «Концепции о законе о такси...», а до того - проект концепции. Наконец, в январе этого года матрешка сложилась, и Мосгордума приняла закон в первом чтении, но второе чтение не случилось: проект отправили на доработку, по всему судя, в вечность; когда будут новые слушания, в департаменте транспорта и связи мэрии еще не знают.
Закон предлагал всем перевозчикам, групповикам и индивидуалам, записаться в городской реестр такси (безвозмездно!), но предписывал «устанавливать на машине отличительные признаки такси» - специальное «цветографическое обозначение в виде «шашечного пояса», надписи «такси» на русском языке, световой прибор, расположенный на крыше, специальный знак «Московское городское такси»)», а также требовал левого руля, экологического класса Евро-2 и, самое главное, «электронного таксометра». Последнее, конечно, - чистое глумление, надругательство над самой идеей частного извоза, над самой природой его, в основе которой - договор, иногда торг, конвенция, устный контракт, определенное взаимное доверие двух случайных людей. Если налоги можно заплатить, а клетчатую сбрую с известным омерзением надевать и снимать перед выездом, то что же делать с «таксометром», превращающим всякого пассажира в довлатовскую фригидную жену-эстонку («Не много же, - говорю, - в тебе пыла». А она: «Вроде бы свет на кухне горит...» - «С чего это ты взяла?» - «А счетчик-то вон как работает...»)?
Потребность столицы в такси - 25 тысяч машин. Сейчас их 5 тысяч, а «бомбят», по разным данным, от 40 до 50 тысяч водителей. Около 100 тысяч незаконных посадок в день совершают москвичи и гости столицы в машины москвичей и гостей столицы! И будут совершать. «Если будет двадцать пять, снова будем Зимний брать», - пели двадцать лет назад по несколько иному поводу, но суть та же: они не пройдут.
К примеру. Я живу недалеко от центра (одна остановка от кольцевой линии), до метро дворами 10 минут. Теперь это добрых полчаса, потому что на полпути построили долгую белокаменную крепость с башенками, пент­хаусами и сложными гитарно-женственными изгибами по периметру; раньше можно было пройти через арку новостроя, мимо педикюрного салона и турбюро, потом арку загородили решеткой. Теперь резервацию обходят через совсем не близкий соседний двор. Варианты - доехать на автобусе или маршрутке - отметаются как бессмысленные: автобус ходит хорошо если раз в полчаса, а маршрутка идет своим загадочным, не автобусным путем и, как правило, в сторону метро забита по самое не могу.
Экономическая логика (псевдоним жадности), как ни странно, тоже обязывает поддерживать частный извоз. Если вас двое и предстоит путь недлинный, но извилистый, например, по системе троллейбус-метро-автобус, - это верных сто тридцать четыре рубля в один конец. В другой конец тоже. Так не проще ли?.. Конечно, в основном это утренние и вечерние, а то и ночные трипы. Но знание - сила: даже дневной трафик не напугает просвещенного клиента, знакомого с остроумными маршрутами и потаенными проездами получше иных таксистов.
Все, решительно все толкает горожанина в объятия водил.

Хочется покормить
Каноническая «копейка» медленно, но верно убывает с московских улиц. Водитель дребезжащей ржави ведет себя с подчеркнутым достоинством, с чувством собственной гордости: нет бы восхититься твоей гражданской отвагой, он еще и курить не разрешает; поездка проходит в молчаливой тревоге за жизнь. Все чаще тормозят автомобили «мидлов», не брезгующих твоей парой сотен, а то и просто нуждающихся в собеседнике. Москва, по извечной своей манере, тасует классы, сословия и прослойки на каждом столе: не только новенький «пежо» («кредит отдавать») распахнет сложную электродверцу, но и усталый менеджер с ранними морщинами - сзади вешалка с костюмом - захочет прокричаться о не-вы-но-симости загородного коттеджного бытия, «какие рожи, вы не представляете». Или «Волга» со спецпропуском, с триколором на лобовом («Не скажу, кого вожу!» - «А мне зачем?» Он обиделся и назвал). Эффект купе - ни к чему не обязывающая откровенность, быстрый или медленный слив эмоций «и навсегда прощай».
В дискурсе водителя-левака преобладают следующие темы: баб за рулем давить, почем баррель, сука бензин в цене поднялся, сука доллар опять упал, воруют пенсии, третий срок ВВП, теща, у нас в Абхазии, недра - народу, посадили - и правильно, Зурабова на кол, куда прешь, корова, Наташка Королева показала нагую грудь. Типажи не особенно изменились с начала века: легальных таксеров можно сравнить с гиляровскими «лихачами и парными «голубчиками», платившими городу за эту биржу крупные суммы». Свободные бомбилы - в основном «ваньки», «извозчики низших классов, а также кашники, приезжавшие в столицу только на зиму».
Есть еще такой тип: щемящий «бедный молодой интеллигент». Его хочется покормить и проверить уроки. Он каждую минуту спрашивает, не дует ли, но это почему-то не раздражает. Скромно одет, но бачки подстрижены как-то так - с вывертом, с изыском подстрижены. Он дал мне визитную карточку, я прочитала «Общество любителей Большого театра» - и чуть не расплакалась.
Типажу «пожилой дачник» помимо подчеркнуто прозаического облика свойственна тайная и тонкая печаль. Облагораживающая ли близость природы обязывает к элегической задумчивости, тень ли беспощадного memento mori омрачает загорелое чело, - только он может, рассказав биографию от и до, вдруг резко замолчать и набычиться: «А, да много ты понимаешь...» Потом, не выдержав томления пробки, резко вскидывается: «А вот с сыном моим случай был. Надел он раз горшок эмалированный на голову, а снять не может. Повезли в больницу на трамвае. Одна баба говорит: у вас ребенок идиот?» С изумлением смотрю я на немолодого человека, коренного, в отличие от меня, москвича, на голубом глазу пересказывающего одну из хрестоматийнейших urban legends. «У вас же дочка, вы сказали». - «И сын есть, от ошибки молодости». Дальше опять маета полумолчания, тихие ангелы, сантиметровая судорога машины и беспричинно обиженное: «А ты Лунную-то сонату слушала хоть раз? А то поставлю!»
Есть водитель класса «хмырь». У него всегда плаксивый профиль при твердом подбородке, возраста нет, на сиденьях плюш с цветами, иконки под стеклом, невыносимо воняет ванилью, «вы дверью так хлопнули, чужая дверь - можно не беречь, да?». Заехав во двор (удобный, просторный), он непременно заноет: «А вы не могли выйти на проспекте, пройти немножко?» В ответ на твое недоумение объяснит: «Мне тут корячиться... добавили б сотенку», - и тогда в тебе просыпается невесть откуда холодная потребительская сволочь, и ты заговариваешь чужим отвратительным голосом. Очень неприятное послевкусие.
Самый тяжелый сорт - молодой не ассимилированный кавказец, «с замашками». За редким исключением это бесцеремонный, крикливый, а временами и социально опасный хам. Он не пропускает, нагло подрезает и, что самое жуткое, наезжает на людей на «зебре». Ой, как они прыгают, как матерятся - смехота! Ты, невольная соучастница, заливаешься красками гнева и стыда, а он торжествует: «У меня зеленый, у них красный, ха!» Вечером он ведет себя совсем раскованно, как полный обкурок. Почувствовав хама, надо немедленно выскакивать, а еще лучше не садиться, но при посадке не всегда поймешь, на что подписываешься. Мы желаем ему подрезать, а еще лучше поцарапать бандитский джип, которых в столице нашей Родины осталось достаточно.
Самый приятный тип водилы - старый армянин. Они если врут, то поэтично, а если не врут, то лениво и мягко. «Мы первая страна христиан на планете, знаешь? На горе Арарат нашли Библию...» Киваю (чего ж не кивнуть), что-то спрашиваю про монофизитство. «Моно что? Монополизм? Э, знаешь: законом запрещено, свобода конкуренции...» В прежней жизни он был учителем физкультуры в Шуше. «У нас ваш Мандельштам был, между прочим». Дома из розового туфа, Севан, форель, Эчмиадзин, Шарль Азнавур, коньяк - этот неприхотливый каталог озвучивается с какой-то болезненной, извинительной иронией. Тоска советская, железная: «Семь лет не был. Не хочу. В аду разберемся».

Не стой без почину
Что способно придушить частный извоз? Только одно: демпинг. На «легальном» фланге это наконец-то поняли, и клетчатый транспорт стал подстраиваться под тарифы ремесленников-одиночек. Появились такси, которые берут «минималку» - 250 рублей - за первые двадцать минут езды; по ночным дорогам, прохладным и стремительным, за 20 минут можно доехать хоть до Речного вокзала. Появились фирмы, предлагающие поездку во Внуково вдвое дешевле, чем на соседнем сайте, готовые разбудить за час до выхода и умоляющие об одном: не задерживаться на высадке, а то стоянка 15 минут, сами понимаете! Пришлют «рено», и водитель спросит: классику или попсу?
Впрочем, и в таком демократическом такси все-таки есть что-то неполноценное. Например, отсутствует как факт институт торга, то есть творчества, - а это сильно снижает эмоциональную ценность мероприятия. Русские - люди конвенции, а не прейскуранта. Так и вспомнишь с тоской того же Гиляровского:
«- В Теплый переулок.
- Двоегривенный.
Мне показалось это очень дорого.
- Гривенник.
Ему показалось это очень дешево.
Я пошел. Он двинулся за мной.
- Последнее слово - пятиалтынный? Без почину стою...
Шагов через десять он опять:
- Последнее слово - двенадцать копеек...»
Вот высокого уровня коммуникация: интеллектуальное состязание, настоящая маркетинговая дуэль. Нет, пока не иссякла творческая душа народа, пассажиру - торговаться, бомбиле - жлобствовать, частному извозу - быть и побеждать.

Тарифы московских такси
Многие таксопарки исчисляют «минималку» из расчета первых 20 минут поездки. Это может стоить от 230 руб. (дневной тариф) до 400 руб. (ночной); наверное, есть и дешевле, но мы не встречали. Днем тот же маршрут обойдется как минимум в три раза дороже. Цены на поездки в аэропорт во всех таксопарках, как правило, фиксированные - средняя цена составляет 900-1100 руб.
Такси предлагают массу дополнительных сервисов: от перевозки животных (требуются подстилка и намордник) - 150 руб. до услуги «трезвый водитель» - доставка подвыпившего автовладельца на его автомобиле, от 1500 до 3500 руб. в час. Вообще, изобретательность предпринимателей не знает границ: иные фирмы берут даже отдельную плату за багаж (50 руб. за место). Некоторые компании продают дисконтные карты (10-15% скидки); они стоят от 300 руб.
К «бизнес-классу» службы такси относят автомобили Ford Focus, Renault Megane, Nissan Maxima, BMW 5-й серии и Merсedes E210. Последний, впрочем, некоторые фирмы относят к VIP-классу (от 550 руб. в час при заказе не менее 3 часов или от 800 руб. в час). Часовая поездка на Merсedes S140 обойдется в 900 руб., на Merсedes S220 - в 1100 руб.
Ночные тарифы в большинстве московских фирм начинают действовать уже с 21.00 (реже с 22.00): поездка становится дороже на 15-20%.

Тарифы московских частников

До центра, в район метро «Цветной бульвар», где располагается редакция «Русской жизни» (по опросу сотрудников).
от м. «Динамо» - 150-200 руб.
из Марьиной Рощи - 100-150 руб.
из Гольяново - 350 руб.
из Крылатского - 300-350 руб.
от м. «Профсоюзная» - 200 руб.
от м. «Петровско-Разумовская»- 250 руб.

За поездку в аэропорты частники просят, в зависимости от расстояния, от 400 до 900 руб. Поездка на вокзалы по стоимости, как правило, не отличается от обычной поездки по городу.


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: