Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

ВОИНСТВО Россия — Европа
на главную 14 марта 2008 года

Особый путь

Дестабилизация мира


Они приходили к нам в обязательном порядке каждые 100 лет с целью разрушить нашу государственность. С востока нашествие было всего одно, правда, грандиозное (возможно, впереди второе, но это отдельная тема). С юга их было довольно много, в результате этих нашествий весь юг стал нашим. С запада нашествия шли постоянно. Иногда они были очень близки к успеху.

В начале XVII века мы сами спровоцировали агрессию своим внутренним развалом. То, что Россия сумела вылезти из катастрофы Смутного времени, совершенно поразительно. Был еще тогда запас прочности.

Через 100 лет, после Нарвы, Запад в лице Швеции вновь мог разрушить Россию до основания. Ничто в тот момент не мешало Карлу дойти не только до Новгорода, куда в панике бежал Петр, но и до Москвы. На каких именно условиях подписала бы Россия капитуляцию, кто бы был ее руководителем после этого, какова была бы ее дальнейшая судьба — разумеется, неизвестно. К счастью, Карл оказался слишком недальновиден и заносчив. Он решил, что важнее разбить Польшу и Саксонию. И дождался русских под Стокгольмом.

Еще через 100 лет Наполеон таки взял Москву. И вскоре получил русских не только под Парижем, но и в самом Париже.

Через следующие 100 лет катастрофа все же случилась. Рухнувшую в результате Первой мировой Россию спасли страны Антанты, разгромившие Германию. Разумеется, они не собирались нас спасать специально, просто так получилось.

Потом график нарушился, следующего нашествия пришлось ждать не век, а всего четверть века. Гитлеровское нашествие было для России самым катастрофическим с точки зрения потерь и разрушений, но самым триумфальным с точки зрения военно-политических последствий.

С тех пор войны не было. Была холодная война, но это несколько другая история. Между тем время-то подходит. Начало очередного века, пора ждать вторжения с Запада.

У нас его и ждут, причем всерьез. Антизападная паранойя в последнее время достигла таких масштабов, что спецпропагандисты, видимо, сами начали верить в то, что гонят обывателю.

Тут сразу надо оговариваться, что Запад делится на США и Европу. И это совсем не одно и то же.

Есть, конечно, объединяющие черты. В первую очередь — истовая уверенность в собственной непогрешимости и монополии на истину. Очень плохо подействовала на Запад победа в холодной войне. Она лишила эту часть человечества способности критически смотреть на свои действия.

Покойный Джаба Иоселиани сказал в начале 90-х бессмертную фразу: «Демократия — это вам не лобио кушать. Всех врагов демократии будем расстреливать на месте». Насколько широко эта фраза известна на Западе — сказать сложно, но создается впечатление, что она там избрана в качестве девиза. На Западе совершенно серьезно считают, что демократию можно насаждать любым способом. В том числе силой. То, что цель в этом случае входит в прямое противоречие со средством, и из-за этого не может быть достигнута, там пока как-то не очень понимают.

Впрочем, именно когда дело доходит до силы, сходство между США и Европой заканчивается. Начинаются различия. США готовы применять силу. Европа — нет. Создается сильнейшее впечатление, что европейцы не будут воевать даже в том случае, если против них будет совершена прямая агрессия.

Конечно, они сами недавно совершили агрессию. Против Югославии в 1999 году. Однако этот факт ничего не опровергает, скорее, подтверждает. Во-первых, это ведь на самом деле, что бы ни писали наши параноики-конспирологи, была «гуманитарная интервенция». Запад сам себя убедил, что в Косово имеет место Холокост-2, который надо предотвратить. Во-вторых, этот «героический порыв» стал возможен только потому, что Югославия не могла ничем ответить на воздушную операцию сил НАТО. Если бы Милошевич не капитулировал в самый неподходящий момент, войскам НАТО пришлось бы начинать наземную операцию. И залиться кровью. Тогда бы боевые качества европейских войск стали очевидны. Полугодом позже Запад чуть было не усмотрел Холокост-3 в Чечне. Однако наличие у России военного потенциала несколько большего, чем у Югославии, привело к тому, что «нарушения прав человека» увидели, а Холокост — нет. А то неудобно было бы. Надо же предотвращать, а не получается. Холокоста в Чечне и вправду не было. Как и в Косово. Но у сербов не было не только «Тополя» и «Синевы», но хотя бы С-300. Именно этот фактор и помог Западу увидеть Холокост.

Впрочем, боевые качества европейцев стали очевидны в Афганистане. Кроме американцев, там воюют лишь англосаксы (англичане и канадцы, последние европейцами не являются), которые, впрочем, все более явно утрачивают остатки энтузиазма. Представители континентальной Европы воевать отказываются в принципе. Внутринатовская ругань между англосаксами и остальными по поводу того, будут остальные воевать или нет, принимает характер откровенного фарса. Интересно, что в авангарде европейского пацифизма идет Германия. Просто поразительно, как быстро и эффективно удалось после 1945 года выбить из немцев их чрезвычайно высокий боевой дух, обеспечивавший их армии столь же высокую боеспособность.

Германия осталась одной из последних европейских стран, где армия продолжает комплектоваться по призыву. Исключительно из соображений страховки от тоталитаризма. Срок обязательной службы — 9 месяцев. В условиях, которые по сравнению с теми, в каких служат у нас, даже тепличными будет назвать слишком грубо. Однако, из тех призывников, что получают повестки (а это лишь примерно половина от общего числа, остальные просто не нужны), более 2/3 выбирают альтернативную службу (в России — менее 1%). Вряд ли какой-нибудь другой показатель может столь ярко свидетельствовать о состоянии умов.

Что там призывники, когда и с профессионалами все не менее отлично. И не где-нибудь, а в Великобритании, постоянно воюющей плечом к плечу с США.

23 марта прошлого года иранцы захватили в устье Шатт-эль-Араб досмотровую группу из 15 британских моряков и морпехов с фрегата «Корнуолл». Англичане находились в плену 13 дней. Сначала казалось, что эпопея затянется на гораздо более длительный срок, но иранцы поняли, что это ни к чему. Ибо побитая собака кусаться не будет.

Вернувшись домой, бывшие пленные начали жаловаться на то, что в Иране на них оказывалось «моральное давление». Видимо, этими заявлениями товарищи решили сохранить лицо. В ответ иранское ТВ показало кадры с веселыми британцами, играющими в настольный теннис и шахматы. При всем понимании восточной любви к спектаклям в эти кадры почему-то верилось, как говорил Жванецкий, «сразу и навсегда». Тем более что сами англичане на пресс-конференции «по итогам плена» сказали ряд замечательных вещей.

Лучше всех высказался старший по званию из бывших пленных, капитан морской пехоты Крис Эйр: «Мы приготовились к бою. Иранцы были вооружены крупнокалиберными пулеметами, гранатометами, они направили на нас свое оружие. Тут мы поняли, что столкновение не только угрожает нашей жизни, но и может вызвать последствия огромного стратегического значения. И тогда мы сдались. (…) Понимаете, мы же могли потерять жизнь! Намерения иранцев были непонятны, поэтому мы не стали отстреливаться и сразу сдались. А когда нас взяли в плен, мы их наконец-то раскусили. Но оружие у нас уже отобрали, так что отстреливаться мы никак не могли, хотя имели полное право».

Военные (и не тыловики, а моряки, элита ВС, и морпехи, элита элиты), находящиеся в боевой обстановке на боевом задании, могли потерять жизнь! Намерения противника были непонятны! При этом капитан (то есть младший офицер уровня командира роты) мгновенно осознал огромное стратегическое значение происходящего! Более того, сдавшись, он раскусил вражеские намерения! И имел полное право отстреливаться из отобранного оружия!

И этого человека не отправили ни в психушку, ни под трибунал. И даже не выгнали с позором со службы. Все было гораздо хуже. Командующий ВМС Великобритании адмирал Джонатан Банд сказал: «Команда не нарушила никаких правил, согласившись на требования иранцев. Они — украшение флота». Ни больше ни меньше — украшение флота.

Еще совсем недавно над Британской империей не заходило солнце, Британия правила морями. Еще в 1982 году, во время Фолклендской войны, ничего похожего на иранский позор не было. По крайней мере, гарнизон Южной Георгии воевал до последнего патрона. Эволюция к нынешнему состоянию оказалась на удивление быстрой. И эта эволюция продолжится.

Уже в годы холодной войны европейцы тяготились обязанностью защищать самих себя от возможной советской агрессии. Жителей Старого Света очень утомили две мировые войны. Кроме того, они стали слишком хорошо жить, поэтому у них исчезло желание умирать за что бы то ни было. В обществе доминирующим стало мнение о том, что нет таких ценностей, ради которых можно пожертвовать своей жизнью. Армия — часть общества, поэтому указанный постулат начал все более глубоко проникать и в нее. Если во время холодной войны европейцев все-таки мобилизовал страх перед СССР, то теперь их ничего не мобилизует.

Проблема в том, что воинская служба подразумевает обязанность умереть. Если человек этого не понимает, он не может быть военнослужащим. Он просто паразит, поглощающий деньги своих соотечественников-налогоплательщиков. Строго говоря, европейские налогоплательщики давно должны были бы спросить у своих правительств, почему оплаченная услуга (обеспечение защиты страны) не выполняется. Но налогоплательщики просто не понимают, что услуга не выполняется. Тем более что нападать на Европу некому.

Вполне естественно, кстати, что в европейских армиях стало очень много женщин. Не только на гражданских и тыловых должностях (это вполне возможно), но и на боевых, что недопустимо. Женщина должна давать жизнь, а не отнимать ее. Мужчина должен защищать женщину. Но в Европе это нормально. Не женщины «озверели», а мужчины феминизировались. Вся армия феминизировалась, почему бы в ней не служить женщинам?

Кроме женщин в европейские армии активно пошли иностранцы. Во Франции уже лет 60 единственным по-настоящему боеспособным компонентом ВС является Иностранный легион. Теперь и в английской армии стремительно ширится доля граждан развивающихся стран — бывших колоний Великобритании. Аналогичная ситуация и в Испании: в ее армии все больше граждан латиноамериканских стран. Эти люди служат за гражданство. Насколько это нормально, когда страну защищают не ее граждане — вопрос, видимо, риторический. В Римской империи времен упадка большую часть вооруженных сил составляли жители окраин, не-римляне. Помните, как там все кончилось?

В связи с этим нет особого смысла подробно описывать количество и качество боевой техники, имеющейся на вооружении европейских армий сегодня. За период после распада СССР это количество сократилось в разы, причем этот процесс не сопровождался массовым обновлением техники, то есть и качество улучшилось не сильно. Армии некоторых малых стран (Бельгии, Чехии, Венгрии, пожалуй, и Голландии) уже фактически находятся в режиме ликвидации. У других стран (например, балтийских) и ликвидировать-то нечего. Некоторое исключение составляют Греция и Турция. Они не очень разоружаются. И даже готовы воевать. В первую очередь — между собой. Греция вообще выполняет в НАТО роль диссидента (типа Румынии в покойном Варшавском договоре). Россия активно продает ей оружие, то есть явно не рассматривает ее в качестве противника. И действительно, эллинская агрессия против нас — это бред уж совсем запредельный. Если исключить эти замкнутые друг на друга Грецию и Турцию (причем последняя — страна не вполне европейская) и североамериканские Соединенные Штаты и Канаду, то остальные (то есть собственно европейские) страны НАТО в 1990 году имели 13,7 тыс. танков и 4 тыс. боевых самолетов, в 2007 — 9,7 тыс. и 2,9 тыс. соответственно. Тут нельзя не отметить, что в 1990 году собственно европейских стран НАТО было 12, сейчас — 22, включая весь бывший Варшавский договор. И здесь в авангарде сокращений — Германия (с 7 тыс. танков и 1 тыс. самолетов до 1,9 тыс. танков и 380 самолетов). А ведь Бундесвер и сейчас по инерции считается главной ударной силой НАТО в Европе. Но на самом деле все эти цифры вторичны. Если люди не будут воевать, то какая разница, чем именно они не будут воевать. И в каком темпе они будут освобождаться от ненужной обузы в виде стреляющего железа.

По всему по этому ждать агрессии из Европы совершенно невозможно. График явно будет сорван.

Конечно, можно было бы допустить возможность чисто американской агрессии против России, в ходе которой Европа используется просто в качестве плацдарма. Не обсуждая военно-политическую сторону данного вопроса, можно сказать, что Европа никогда этого не допустит. В Европе прекрасно понимают, что она гораздо более уязвима для ответного удара, чем США, а Россия не будет жалеть плацдарм.

Есть, правда, небольшие опасения. Кремль в последнее время настолько зашелся в предвыборной риторике, важнейшей составляющей которой стала антизападная паранойя, что Европа слегка затревожилась. Хочется надеяться, что это не приведет к возрождению там «оборонного сознания». Тем более что с окончанием выборов риторика должна утихнуть. И истерия с ней. Учитывая тот факт, что в «нулевые» Россия разоружается даже быстрее, чем в «проклятые 90-е» (разоружение проходит под лозунгом «восстановления былой мощи Вооруженных сил»), нам лучше было бы придержать риторику.

В любом случае, ни в 2012, ни в 2014 ничего не будет. А в 2041? Это, конечно, дата условная, но почему бы не привязаться к ней? Чем она хуже, например, 2050 года?

Тут, конечно, интересный вопрос — что будет к тому времени с Россией. Есть подозрение, что ничего хорошего. При сохранении нынешних тенденций (которые пока лишь усугубляются) ее к тому времени просто не будет. Если все же предположить, что Россия каким-то чудом сломает тенденции и уцелеет в нынешних границах, возникает не менее интересный вопрос — что будет к тому времени с Европой?

Проще всего, разумеется, предположить, что будет примерно так же, как сейчас. То есть все будет хорошо. С другой стороны, 33 года назад был 1975 год. И все было совершенно не так, как сегодня. Поэтому через 33 года тоже многое может измениться.

В частности, должно каким-то образом разрешиться очевидное противоречие между усилением наднационального характера ЕС и тем, что он продолжает состоять из национальных государств. Оно может разрешиться в пользу ЕС, а государств не станет. Вместо них будет «Европа регионов», о которой говорят уже давно. У регионов, естественно, никаких армий быть не может. Будет общеевропейская армия. Само собой, она будет значительно меньше, чем сумма нынешних европейских армий. И с боеспособностью у нее вряд ли будет лучше, чем сейчас.

Собственно, уже сегодня ЕС пытается формировать собственную армию и участвовать в операциях за рубежом. Силами 18 стран ЕС в мае-декабре 2006 года была проведена операция в Демократической Республике Конго (бывшем Заире) с целью обеспечения порядка во время парламентских и президентских выборов в этой стране. Численность контингента ЕС составила 2600 человек (ровно половину дала Франция, еще 760 человек — Германия), из коих всего 1200 находились в Киншасе (столице ДРК), остальные — в мирном соседнем Габоне и на борту германского транспорта «Берлин». Основной причиной быстрого прекращения операции стало нежелание большинства стран-участниц ее продлевать, хотя ни в каких боях европейцам участвовать не пришлось. То есть для 18 стран (очень мощных экономически) непосильной оказалась операция силами фактически одного полка, который при этом реально не воевал.

Кстати, продолжающая пока рваться в ЕС Турция в качестве чуть ли не главного своего козыря предлагает Европе свою мощную, проверенную в деле, неприхотливую, хотя и несколько архаичную армию. Турки предлагают сделать свою армию (как минимум — сухопутные войска) армией ЕС, чтобы остальные не напрягались вообще. Пока этот аргумент для Брюсселя не кажется значимым, но, может быть, еще и покажется.

Американцы будут до последнего бороться против создания европейской армии, поскольку это будет означать окончательную гибель НАТО, но, в конце концов, сломаются, махнув на НАТО рукой (они и сегодня уже понимают, что все к этому идет). Вашингтон попытается сохранить с некоторыми странами особые отношения. В первую очередь — с Великобританией и Польшей. В итоге перед этими государствами встанет проблема выбора — с кем они? С США или с ЕС? Скорее всего, они по соображениям экономического и географического характера предпочтут ЕС. Впрочем, вместо Великобритании, возможно, уже будут 3 или 4 новые страны, с кем тогда американцам поддерживать особые отношения?

В военном отношении такая Европа станет, конечно, совсем безопасна для окружающих. При том условии, что не изменится ее внутриполитическое устройство. Что отнюдь не гарантировано.

Как уже было сказано, Запад в последнее время разучился смотреть на себя критически. Поэтому он может не осознать того факта, что любые идеи, доведенные до абсурда, превращаются в свою противоположность. В том числе идеи свободы, демократии и гуманизма. Особенно в условиях всепобеждающего постмодернизма.

В Голландии уже зарегистрировали партию педофилов. Почему бы и нет, ведь свобода! Нельзя ограничивать любовь к детям, ибо могут пострадать права человека.

Авиадиспетчер Нильсен, угробивший в немецком небе 2 самолета и 70 человек, в том числе полсотни российских детей, мирно жил дома, залечивал, несчастный, психическую травму. Потом его зарезал «русский варвар» Калоев. Посадили бы Нильсена — был бы жив. Или все вышло, если данное выражение здесь применимо, наилучшим образом?

В Германии молодых уголовников из числа мигрантов почти не наказывают ни за какие, даже самые тяжкие преступления. Они ведь не адаптированы! Они жертвы! Жертвы чего? Не дается ответа. То есть государство не предоставляет и еще одну оплаченную услугу, не обеспечивая своим гражданам не только внешнюю, но и внутреннюю защиту. Однако немецкий политик, заикнувшийся об ужесточении наказаний для иноземных уголовников, подвергся жесткой обструкции и проиграл выборы.

Не наказывая за уголовные преступления, наказывают за мыслепреступления. Например, за отрицание Холокоста и геноцида армян в Турции. Я ни в коем случае не отрицаю, уж тем более не оправдываю ни того, ни другого, но почему-то вспоминается Оруэлл.

Про засилье в Европе «неадаптированных» мигрантов с Ближнего и Среднего Востока и из Тропической Африки сказано уже столько, что не хочется повторяться. Причем адаптироваться они не имеют уже никакого желания, да и смысла не видят. В стране, где проблема запущена больше всего, нашелся, вроде бы, человек, начавший ее решать. Увы, товарищ Саркози внезапно увлекся собственной личной жизнью. Которая, похоже, поглощает теперь все его силы и все его время. Впрочем, тут ведь полицейскими мерами действовать, пожалуй, поздно. Коренное население Европы не воспроизводит себя из-за слишком низкой рождаемости, рабочую силу все равно придется завозить извне. Правда, на некоторое время хватит Восточной Европы, но потом и она неизбежно испортится. И без мигрантов с юго-востока не обойтись.

Из всего этого могут получиться либо Объединенные Европейские Эмираты с вариантом ислама более жестким, чем в большинстве стран нынешнего Ближнего Востока (находящиеся в чужой для себя среде европейские мусульмане очень часто оказываются гораздо радикальнее своих соотечественников, оставшихся дома), либо европейский нацизм как единственная возможность предотвратить появление ОЕЭ. Либо «лоскутное одеяло» («Европа регионов») из эмиратов и нацистских образований. И вот такая Европа в качестве соседа будет уже в высшей степени неприятна. От нее можно будет ждать чего угодно. Другое дело, что она к тому времени может разоружиться окончательно. А при реализации варианта ОЕЭ она неизбежно утратит даже тот военно-технологический потенциал, который у нее останется.

Впрочем, как уже говорилось, Россия в нынешнем виде вряд ли доживет до всего этого. Она стремительно приобретает все черты «новой Европы». Здесь теперь тоже постмодернизм, поэтому нет ценностей, за которые можно умирать. Уголовников и педофилов здесь никто не накажет, если у них есть возможность откупиться от «правосудия» или использовать административный ресурс. «Все хорошо» и с миграцией. Она стремительно растет, приводя к постепенной замене коренных народов России жителями южных и, что гораздо хуже, восточных стран. Причем если в Европе главной причиной миграции становится низкая рождаемость среди аборигенов, то у нас к этому добавляется еще и патологическое нежелание аборигенов работать, особенно если речь идет о физическом труде. Большинство наших людей не будет заниматься им ни за какие деньги, что не помешает им жаловаться на засилье инородцев.

И ни в какой Европе телевидение, полностью подконтрольное власти, все-таки не превращает людей в дебилов и подонков так активно и целенаправленно, как в «поднимающейся с колен» России. Так что не нам издеваться над Европой. Не имеем мы на это никакого морального права.

К тому же концу, что и Европа, мы придем, миновав то, что она прошла — настоящие свободу, демократию, гуманизм, равенство перед законом. У них это было, да пока еще, в основном, и есть. Мы обошлись. Видимо, это и есть особый русский путь.


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: