Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

ОБРАЗЫ Попса
на главную 8 мая 2008 года

На обследовании

Русское фэнтези как заповедник скуки


Лубок «Великая европейская война». 1914

Некоторое время назад видел в метро рекламу книги. На обложке был изображен, условно говоря, витязь — могучего сложения русобородый человек, одетый во что-то типа кольчуги и с островерхим шлемом на голове. Взгляд у витязя был героически-пламенеющий, в руках — какое-то замысловатое оружие (в фантастике это, кажется, называется бластер). На заднем плане парила сверкающая металлическими бликами и переливающаяся разноцветными огнями конструкция (в фантастике это, кажется, называется звездолет). Не помню, как называлась книга — то ли «Светозар, воин добра», то ли «Добромысл, воин света», что-то в этом роде. В аннотации было сказано, что Светозар-Добромысл, воин добра и света, на протяжении всей книги сражается с Межгалактическим Злом и одерживает над ним полную и окончательную победу.

Фамилию автора и название книги я забыл секунд через десять. И все же где-то в глубине сознания затаился вялый насмешливый интерес к подобного рода литературе. Надо же, витязь на звездолете. С ума сойти. Наверное, уморительный текст.

Отдел фантастической литературы магазина «Москва» огромен и многолюден. Среди бесконечных кричаще пестрых книжных полок бродят любители фэнтези.

Парень с девушкой, молодые совсем. У девушки выражение лица восторженно-мечтательное, у паренька — сосредоточенное и даже слегка угрюмое. Девушка щебечет: «Вот мне книги писателя N очень нравятся. Знаешь, почему? У него диалоги классные. Прямо целые страницы диалогов. Так захватывающе! Не оторваться. И так читается легко. А еще я тут недавно читала книгу X писателя Y — так у него вообще интересно — диалогов очень мало, помню, там кусок есть, страниц пятьдесят, — и ни одного диалога, представляешь? А тоже — не оторвешься. Представляешь, какое мастерство — пятьдесят страниц написать без единого диалога, и чтобы интересно было, чтобы читалось легко. Диалоги-то всегда читать интересно, а вот без диалогов интересно написать — это должно быть мастерство, представляешь, какой молодец!»Парень молча слушает щебетание девушки, потом, не открывая рта, издает гудящий неопределенный звук, что-то среднее между «м-м-м», «н-н-н» и «э-э-э», этот звук не означает заинтересованности или согласия с утверждением собеседницы, просто — «Сообщение понял, принял к сведению». «Ой, смотри, Олди новые появились, давай, может, купим?» «Давай», — отвечает парень.

Мужичок лет сорока пяти застыл с книгой в руках. От мужичка сильно пахнет дешевым куревом. Просто-таки весь отдел фантастики пропах. Мужичок поставил на пол матерчатую черную сумку (такие выпускает сумочная фабрика «Медведково») и неотрывно смотрит в книгу. Весь облик мужичка несет на себе печать материальных, а возможно, и психических проблем. Он стоит, слегка раскачиваясь, и смотрит в книгу, прошло уже довольно много минут, а он все еще ни разу не перевернул страницу.

Бабулька со сварливым выражением лица перебирает книги какой-то бесконечной серии, кажется, Лукьяненко. Берет книгу, несколько секунд лихорадочно листает, говорит «говно», ставит обратно, берет следующую, листает, опять говно, ставит на место, и так повторяется много раз, методично перебирает все книги серии, вот понапишут говна всякого. Заинтересовался. Надо же, такая пожилая дама интересуется фэнтези, жанром скорее молодежным. Почему, спрашиваю, вы говорите — говно? Вам не нравится Лукьяненко? Бабулька смерила меня взглядом, полным глубокого искреннего презрения. Ну ты, бородатый, порассуждай мне еще тут. Сильно умный, что ли? Понапишут говнища всякого, потом спрашивают, почему говно. По кочану. Отвернулась, набрала большую стопку, штук десять, книг, которые были ею квалифицированы как говно, и устремилась к кассе.

Я тоже набрал стопку книг, правда, не такую большую, как бабулька. Решил сосредоточиться именно на русском фэнтези, полностью игнорируя бесчисленные книги, написанные на западном материале — в основном, бесконечные перепевы Толкиена, все эти эльфы, хоббиты, замки, рыцари и так далее. Я выбирал книги, в которых действуют русские, славянские персонажи. Выбирать было легко — о содержании практически любой книги можно было судить по обложке. Если нарисован длинноволосый персонаж с задумчиво-эльфийским выражением лица на фоне, допустим, средневекового замка, — это подражание Толкиену. Если богатырь, витязь, или волхв, или, к примеру, человек в военной форме, если на заднем плане купола или терема, — значит, это наше, родное, славянское.

Когда стоял в очереди в кассу, поймал себя на мысли, что хочется сказать кассирше, что я все это покупаю не потому, что мне интересно это читать, не потому, что я, упаси Господи, любитель фэнтези, а просто по работе надо, пишу материал про фэнтези, знакомлюсь с предметом. Естественно, ничего такого я говорить не стал, но мысль была, не скрою.

Теперь собственно о книгах.

Дмитрий Беразинский. «Задолго до истмата». Начал с этой книжки — она самая маленькая из купленных, выглядит не так угрожающе, как остальные. Думал, быстро управлюсь. Не управился.

Действие происходит в конце XVII века. Из далекого XXI века волшебным образом просочились несколько персонажей и лихо меняют прежнюю реальность на новую, неведомую. Главный персонаж — полковник Волков, «руководитель проекта „Метаморфоза G“, командир Лазурного Корпуса и практически министр внутренних дел России» (это, напомню, в XVII веке все происходит). Есть еще Каманин, премьер-министр России. Книга изобилует чрезвычайно глумливым юмором. Например:

«Царица Софья Алексеевна, сидевшая у камина и вязавшая на спицах какую-то новомодную феньку, потягивалась и с наслаждением замечала, что вспоминает два промелькнувших мира как сон художника-футуриста. Попугай Федор молча поклевывал сосновые ядрышки и, сплевывая шелуху через прутья решетки, изредка сообщал, что «связка ломов, как правило, тонет» и что «не каждый лось перекусит рельсу»«. Так проходили долгие зимние вечера в ожидании прихода весны».

Шутки такие. Связка ломов тонет. Вязавшая новомодную феньку.

Дальше — хуже. Описывается некий «Вселенский собор» в Москве, на котором «премьер-министр» Каманин дает указание высшему духовенству провести радикальные догматические реформы — например, отменить догмат о Святой Троице и, наоборот, придумать догмат «об особой святости женского начала». Даже цитировать эту гадость не хочу.

Ну и далее все в том же духе. В сто тысячный раз эксплуатируется этот пошлый, донельзя избитый прием — «столкновение времен». До конца не дочитал из-за не проходящего чувства гадливости.

Юлий Буркин, Сергей Лукьяненко. «Остров Русь». Книга написана в начале 90-х, когда Лукьяненко еще не был мэтром фэнтези. Ранний Лукьяненко, так сказать.

В первой части полностью воспроизводится сюжет «Трех мушкетеров», только с другими действующими лицами. Иван-дурак, перспективный молодой богатырь, покидает отчий дом (где-то под Муромом) и идет в Киев с целью наняться в княжескую дружину в качестве витязя (это такая официальная должность). В Киеве он сталкивается с тремя богатырями — Ильей Муромцем, Добрыней Никитичем и Алешей Поповичем. Все они — витязи. Ивану-дураку удается за короткое время вступить с тремя богатырями в конфликт, каждый забивает ему стрелку на Куликовом поле (sic!), там происходит столкновение с какими-то темными силами, богатыри братаются, и Иван-дурак становится витязем.

Текст книги под завязку наполнен юмором, не особо тонким, прямо скажем. Авторы явно постарались сделать так, чтобы читатель «ухохатывался». В отличие от предыдущей книги, здесь юмор не особо глумливый. Но донельзя простой. Например:

«Заступив в караул, Емеля выбрал удачный момент и прокрался в опочивальню Несмеяны. Несмеяна рыдала над книжицей. Поднапрягшись, Емеля прочел на обложке название „Муму“. Емеля, умилившись, замер в дверях. В этот миг Несмеяна приостановила рыдания, смачно высморкалась на пол, выжала мокрую от слез простыню, затем открыла книжицу с начала и разрыдалась с новой силой».

Повествование некоторое время следует в русле, проложенном Дюма, а потом начинаются «игры со временем». Из будущего в Киев проникают Кубатай и Смолянин (два сквозных лукьяненковских персонажа, их прототипы — писатели-фантасты Кубатаев и Смолянинов). Персонажи объясняют Ивану-дураку и прочим, что на самом деле никакой Руси давно нет, а все действие происходит в национальном русском заповеднике, созданном «Новыми славянофилами» на острове Мадагаскар. Киев — не что иное, как бывший город Антананариву. В процессе общения с представителями будущего Иван-дурак почему-то становится негром. Впрочем, заканчивается все хорошо.

Опять юмор с претензией на иронию, опять прошлое сталкивается с будущим. Книга очень скучная, способная заинтересовать и развеселить разве что не слишком умного, но мечтательного подростка. Правда, гадливости, в отличие от предыдущего опуса, не вызывает. И на том спасибо.

Василий Головачев. «Ведич». Здесь все по-другому. Юмора и иронии — ни грамма. Все зубодробительно серьезно. От этой звериной серьезности текст местами кажется очень смешным. Другая крайность.

Действие происходит в современной России. Члены тайного ордена витязей и волхвов, последователи славянского язычества, оккультно борются с Черным Синклитом, тоже тайным орденом, но противоположной (темной) направленности. Главный герой — Егор Крутов, бывший полковник ГРУ, в совершенстве овладевший древними славянскими магическими техниками и ставший главным волхвом. Ведич — так называют 13-летнего мальчика, на котором лежит миссия спасителя и возродителя Руси. Ведич — практически дитя-индиго, сверх-мальчуган: владеет телепатией, видит сквозь стены, умеет становиться невидимым, задачки из программы Физтеха щелкает, как орехи. Главная задача Крутова — уберечь Ведича от Черного Синклита, который стремится паренька устранить.

Интересно, что одной из главных «сил Зла» выступает… Русская Православная Церковь. Старая языческая песня: греки и евреи навязали нам еврейского, чуждого бога, своих родных богов мы забыли, христианство — религия рабов, и так далее. Попы у Головачева — сугубо отрицательные персонажи: например, диакон поселковой церкви (богатый чувак на крутой тачке, очень смешно) «заказывает» местным бандитам директора славянско-ориентированной школы. Более того, свирепые бандиты у этого диакона практически на побегушках.

Автор трогательно выводит на страницах романа себя самого — под видом патриотически, в языческом духе, настроенного русского писателя Тихомирова. Романный Тихомиров на 16 лет моложе настоящего Головачева, его книги миллионными тиражами издает московское издательство МОЭКС (sic!). Силы Зла преследуют честного русского писателя, шантажируют издательство, требуют отказаться от выпуска очередного романа. Сильно насолил писатель Темным Силам. Титаническая фигура. Страсти-мордасти.

Головачева не назовешь выдающимся стилистом. Видно, что человек старается писать аккуратно, и это, в общем-то, ему удается, но все равно тут и там из текста торчат разнообразные нелепости. Особенно поражают диалоги. Персонажи, даже в самой непринужденной обстановке, разговаривают на языке газетных статей. Например, вот два старых друга, бывшие боевые офицеры, а ныне витязи, беседуют на полночной кухне — за чаем, разумеется:

— Ты тоже в этом отряде?

— Нет, я чекист, на мне лежат задачи аварийного планирования, когда требуется быстрое и прямое воздействие на ситуацию. Обычно же наша превентивная служба рассчитывает вектор воздействия на десяток ходов вперед, чтобы само воздействие выглядело, как случайность.

— Д-трафик… неужели работает?

— Милый мой, война нынче ведется сначала в пространстве планов, замыслов и намерений, а уж потом на физическом уровне. Наш враг силен, умен и могуч, и справиться с ним можно, только переняв, изучив и применив его же хитрости и умения…

Повторюсь: это мужики на кухне разговаривают, давно не виделись. «Враг силен и могуч…»

Справедливости ради надо отметить, что есть у этой книги и сильная сторона. Это единственный фэнтезийный роман из проштудированных мною, в котором присутствует некая отчетливая идея. В других обследованных книжках с идеями — полный швах.

Александр Бушков. «Сварог. Чужие берега», «Сварог. Война за мир». На серию про Сварога я возлагал особые надежды — имя героя сулило нечто густо-славянское. Как я ошибался! Оказывается, это типичное «условно-западное» фэнтези. Выдуманный мир, выдуманная планета, выдуманная страна, люди с выдуманными, несуществующими именами. Сварог, оказывается, лорд. Лорд Сварог. Звучит. Сварог в результате случайной цепочки событий становится королем сразу нескольких государств на планете Талар. Дворцы, замки. Инопланетная аристократия. Интриги, восстания. Летающие острова какие-то. Написано все чрезвычайно гладко. Ровное такое, степенное повествование. Странице на тридцатой начинает неудержимо клонить в сон.

Николай Басов. «Князь Диодор». Какая-то невообразимая муть. Москва примерно XVII века. В романе город называется Мирква. Руквацкая Империя — Русская Империя. И еще в тексте много таких дико-нелепых словечек. У князя есть верный оруженосец по имени Стырь. На протяжении текста происходит вялая борьба Светлых Сил со Злом. Тоже много сомнительного юморка. Скука смертная.

Все, хватит, сколько можно. Сил больше никаких нет читать все это.

Прогулялся немного по фэнтезийному интернету. Зашел на сайт Василия Головачева. В гостевой книге царит однообразие. Василий Васильевич, спасибо Вам за Ваши прекрасные книги. Василий Васильевич, мне очень нравится Ваше творчество. С удовольствием читаю Ваши прекрасные книги, Василий Васильевич.

Почитал форумы нескольких самых популярных сайтов, посвященных русскому фэнтези. Тишь да гладь. Мне очень нравятся произведения писателя N. И мне тоже очень нравятся произведения писателя N. Хорошо пишет, легко читается. Скажите, пожалуйста, с чего лучше начать знакомство с творчеством писателя X? Я Вам советую начать с пятнадцатой книги цикла, потом прочитать девятую и только после этого переходить к чтению восемнадцатой, самой известной и популярной. Иначе Вам будет трудно вникнуть в творческий мир этого сложного автора. Не подскажете, когда выйдет долгожданная новая книга писателя Y? Говорят, в сентябре.

Ни дискуссий, ни ругани. Только немудреные вопросы и такие же незамысловатые ответы.

Скучно, господа. Главное мое впечатление от чтения фэнтези — это очень скучно. Я несколько дней подряд буквально заставлял себя открывать эти цветастые книжечки и вчитываться в их убогое содержание.

Нет, не то что бы я какой-то сноб. Вовсе нет. Я хорошо понимаю людей, потребляющих попсу. И сам ее периодически потребляю. Пару лет назад я прочитал какой-то роман Дарьи Донцовой. Из чисто исследовательского интереса. Роман, конечно, вполне ужасный, но я прочитал его часа за три, не отрываясь. Действительно, «легко читается», есть какая-то, пусть топорно скроенная, но интрига, а все многочисленные нелепости текста воспринимаются как-то весело. Нет, конечно, я вряд ли когда-нибудь буду читать тексты этого автора, но я понимаю людей, которые развлекают себя таким чтением.

Но я совершенно не понимаю, почему люди добровольно читают фэнтези. Зачем они продираются сквозь мегабайты унылых, плоских, серых текстов, сквозь полки выдуманных, высосанных из пальца героев с дурацкими выдуманными именами. Скучно, тяжело, неинтересно.

И еще один факт я для себя открыл: русское фэнтези, оказывается, заметно изъедено иронией (вернее, своеобразным фэнтезийным юмором). Я-то думал, что все фэнтези уныло-серьезно, а оказалось, что не все — есть фэнтези уныло-веселое, и его много. Оказывается, ирония — это такая ржавчина, которая разъедает не только что-то величественное, серьезное, важное и святое, но и глупое, мелкое, банальное. Глупость, изъеденная иронией, — печальное, хотя и довольно комичное зрелище.

Кстати, классического, серьезного, без шуточек и иронии, фэнтезийного романа «про витязей на звездолетах» я так и не нашел, хотя обследовал несколько крупных московских книжных магазинов. Видно, не такой уж это распространенный жанр.


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: