Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

ОБРАЗЫ 1968
на главную 22 мая 2008 года

Кришна на окраине

Тихий индуизм по-московски


Художник Юлия Валеева

На полузаброшенной улочке недалеко от метро «Ботанический сад», на территории автобазы, среди деревьев и гаражей стоит двухэтажный розовый домик. Я зашел в двухэтажный розовый домик и вспомнил молодость. Вспомнил девяностые - лютые, веселые годочки.

Вспомнил полного, с клочковатой бородой японца Сёко Асахару. Он был везде - на радио «Маяк», в переполненном «Олимпийском», в телевизоре - в самый прайм-тайм, часов в восемь вечера. Он сидел неподвижно и говорил какие-то духовные банальности с буддистско-йогическим привкусом. Надо отрешить свой ум от движения материального мира. Попробуйте несколько минут поразмышлять о страданиях живых существ. Для истинной медитации необходимо очищение. И так далее. Потом Сёко Асахара замолкал, и начиналась Духовная Музыка - простенькие мелодии, сыгранные на синтезаторе. Его скоро повесят по приговору японского суда или уже повесили.

Вспомнил гигантские билборды с рекламой протестант-шоу Билли Грэма, духовника Джорджа Буша-младшего. На билбордах было написано: «Человек, говорящий с людьми». Как заметил один мой друг, нет ничего странного в том, что человек говорит с людьми.На билбордах было написано: «Человек, говорящий с людьми». Как заметил один мой друг, нет ничего странного в том, что человек говорит с людьми. Вот если бы он говорил, допустим, с обезьянами, это был бы повод для изумления. Человек Билли Грэм говорил с людьми, как и Сёко Асахара, много дней подряд в набитом под завязку «Олимпийском».

Вспомнил центральные московские книжные магазины, ломившиеся от книг по йоге, индуизму, буддизму, оккультизму, магии, целительству и протчая и протчая. Таких книг и сейчас продается немало, но все это как-то в разы скромнее, неприметнее, в уголке, на задах. А тогда на самых видных местах стояли.

Вспомнил организацию Тантра-сангха, чей лидер Садашивачарья, худой русоволосый паренек, знаток санскрита, получивший официальное тантрическое посвящение в Индии, произносил искрометные лекции, по-настоящему захватывающие и интересные. Его любимым коньком были разговоры о пагубности христианства и о его чуждости русскому народу. Он произносил эти лекции в течение нескольких лет, после чего принял христианство (уж не знаю, какого толка), и на этом деятельность Тантра-сангхи закончилась.

Вспомнил многолюдные шумные шествия кришнаитов по Арбату. Огромные процессии, гирлянды цветов, экстатически подпрыгивающие фигуры, обмотанные шафрановыми одеждами, личности с немного безумными глазами, предлагающие купить огромные тома Свами Прабхупады в невыносимо цветастых обложках. И все это часами, часами, при доброжелательно-насмешливом внимании публики… Вспомнил кафе при кришнаитском храме на «Беговой», где продавалась индийская еда (вкусная) и где всегда было полно народу и, по большей части, это были не кришнаиты.

Вспомнил, как я посвятил несколько лет своей жизни изучению некоей околойогической дисциплины. Занимался этим делом всерьез. Сначала было увлекательно и головокружительно, потом интерес постепенно иссяк, потом наступило похмелье, мучительное отрезвление. Очнулся, пришел в себя. Бросил это дело - без злобы, без обиды, даже без сожаления о «бесцельно прожитых годах». Для чего-то это, наверное, было нужно. Хотя и не очень понятно, для чего.

Обо всем этом я вспомнил, когда вошел в небольшой розовый домик недалеко от метро «Ботанический сад» и провел в этом домике некоторое время. В коридорчике за входной дверью стояло несколько десятков пар обуви. Надо было снять обувь, прежде чем войти во внутренние помещения. Что я и сделал. Рядом стояли два человека. Один - очень полный, наголо бритый, в коричневатой рубашке индийского типа, в светлом дхоти (это такой традиционный индийский заменитель штанов), в носках и тапочках. Другой - чрезвычайно худой, лысый, с тилакой (специальным индуистским знаком) на лбу, завернутый в какое-то подобие белой простыни, в резиновых шлепанцах на босу ногу. Полный выглядел бодро и уверенно, худой - несколько изможденно. Я на короткое время задержался около информационного стенда с анонсами каких-то лекций и концертов. Лекции и концерты меня мало интересовали, мне интересно было послушать, о чем разговаривают полный и изможденный. Изможденный, кажется, говорил о том, что он мог бы нечто преподавать, чему-то кого-то обучать. Он перечислял: бхакти-йога, Шримад-Бхагаватам, ведическая кухня, джапа-медитация, еще что-то в этом духе. В его интонации проскальзывала просительность. Полный уверенно, хотя и несколько уклончиво, отвечал: да, да, хорошо, посмотрим, надо подумать, мы в общем не против, давайте вы всё подготовьте подробно, и мы всё потом обсудим. Учитель, - сказал полный, - тот, кто утром узнал что-нибудь, а вечером радостно поделился этим с другими. Кажется, все это было вежливой формой отказа. Стоять и подслушивать дальше было не очень удобно, и я пошел в зал, где должна была состояться лекция Патита Павана прабху, в миру - Вячеслава Олеговича Рузова, одного из авторитетных российских кришнаитских учителей и проповедников.

В зале сидело человек тридцать. На полу, на тонких резиновых ковриках. Только две старушки сидели у стены на стульях. Примерно поровну мужчин и женщин, может быть, женщин чуть больше. Довольно много молодых, еще больше - среднего возраста. Пожилых - только две упомянутые старушки на стульях. Одеты разнообразно. По одежде можно было с некоторой осторожностью судить о степени вовлеченности человека в кришнаитскую религиозную практику. Внешний облик присутствующих на лекции варьировался от самой обычной европейской одежды и «цивильных» причесок до сари у женщин и дхоти в сочетании с оранжевыми индийскими рубахами и бритыми головами у мужчин. Я примостился на коврике в дальнем углу, еще раз огляделся вокруг и понял, что я здесь единственный человек с бородой. К счастью, никто не обращал на меня никакого внимания, только одна из старушек пару раз подозрительно покосилась.

На небольшой сцене стояли телевизор (для демонстрации видео), музыкальный центр, микрофон и огромное, обитое коричневатой материей, кресло - не обычное, офисное или домашнее, а специальное ритуальное кресло, даже не знаю, в чем было его принципиальное отличие от «гражданских» кресел, но это отличие было очень явственно. Кресло пустовало, а у микрофона стоял человек по имени Кришна дас в дхоти и оранжевой рубашке. Кришна дас задорно и весело рассказывал различные истории из своего проповеднического опыта. Рассказал об одном кришнаите из Волгограда. Он не боялся заговаривать с незнакомыми людьми о Кришне и был ярким примером смелости и бесстрашия проповедника. Он просто выходил на людное место и приставал к встречным с разговорами о Кришне и преданном служении. Все волгоградские кришнаиты боялись проповедовать, а он не боялся. Более того, он не боялся просить у людей деньги. Не на свои, естественно, нужды, а на преданное служение. В результате за год он насобирал денег на постройку в городе кришнаитского храма. И построил. Как сказал Кришна дас, все волгоградские кришнаиты уже разбежались, кто куда, а храм до сих пор стоит. Еще он рассказывал о том, как переменчивы бывают люди и как не надо на почве своих проповеднических успехов впадать в гордыню, и привел занимательный пример. Однажды Кришна дас вместе с несколькими товарищами приехал проповедовать в Тамбов. Они пошли на самое людное место города - центральный рынок - и стали петь кришнаитские киртаны, аккомпанируя себе на барабанах. Это было довольно громко и шокирующе. Около них быстро собралась толпа. Люди стали подпевать и пританцовывать, выкрикивать «Харе Кришна!», в общем, начался коллективный религиозный экстаз. Так продолжалось часа два или больше. Когда Кришна дас со товарищи прекратили воспевание и собрались уходить, рыночные люди чуть ли не со слезами за глазах умоляли их остаться. Кришна дас преисполнился радости, переходящей в гордыню, - вот, дескать, какой я великий проповедник, проводник божественных энергий Кришны. На следующий день они опять пошли на тот рынок и стали опять петь свои гимны. Опять собралась толпа, в толпе были те же люди, что и вчера, из толпы вышел мужик и сказал: «Ну ты, лысый, чего ты тут орешь, задолбали вы уже, вчера орали тут, работать мешали, и сегодня приперлись, давайте, валите отсюда, а то мы сейчас вам тут устроим харе кришна, мало не покажется», и толпа тоже загудела: пошли отсюда, сектанты хреновы, развелось тут вас, в общем, пришлось ретироваться. Так Кришна исцелил меня от гордыни, сказал в заключение Кришна дас. Присутствующие ответили ему радостными восклицаниями и аплодисментами.

Объявили, что сейчас будут индийские танцы. Ансамбль индийского танца, состоящий из четырех девушек. Девушки занимаются индийскими танцами всего несколько месяцев, поэтому просят не судить их строго. Девушки одеты в сари, на головах у них некое подобие кокошников. Между девушками есть иерархические различия. У самой главной девушки на ступни и ладони нанесен какой-то темно-красный орнамент (по цвету похоже на марганцовку). У остальных девушек - только красный же маникюр и педикюр. Из музыкального центра полилась индийская музыка, и девушки принялись ритуально танцевать. Получалось у них, наверное, хорошо, а может быть, плохо, трудно сказать. По крайней мере, они очень старались. У девушек были очень симпатичные и очень русские лица, и в их индуистских притоптываниях неуловимо присутствовало что-то очень руссконародное.

Танцы закончились, и объявили, что сейчас долгожданный и уважаемый Патита Павана прабху прочитает лекцию о миссии Господа Чайтаньи, то есть о проповеди учения Кришны. В зал вошел тот самый очень полный человек, который разговаривал в коридоре с изможденным худым человеком. Оказывается, это и есть Патита Павана прабху, Вячеслав Олегович Рузов, авторитетный кришнаитский учитель. Вячеслав Олегович сел в огромное ритуальное кресло и, не произнося никаких предварительных слов, пропел длинное песнопение, воспевающее Кришну, Вишну, Господа Чайтанью и Свами Прабхупаду. Голос у него, надо сказать, красивый и сильный. Слушатели подпевали, размахивали руками. Я не подпевал, не размахивал, просто неподвижно сидел. Хотя мог бы и подпеть - слова-то все знакомые.

Потом Вячеслав Олегович поприветствовал слушателей и произнес полуторачасовую лекцию. Она была, без преувеличения, великолепна. Она не содержала каких-то особых практических рекомендаций о том, как надо проповедовать. Показалось, что целью лекции было не научить, а вдохновить. Мне-то это все было относительно по барабану, но чувствовалось, что после такой лекции всем сидящим на ковриках кришнаитам страсть как захочется попроповедовать. Вячеслав Олегович говорил о том, что проповедь должна быть адекватна слушателю. Довольно-таки очевидно, но для аудитории такое напоминание, наверное, было важно. Вячеслав Олегович говорил о том, что проповеднику угрожают две ловушки - сентиментальность и фанатизм. Если вы будете проповедовать сентиментально, над вами будут смеяться. Если вы будете проповедовать фанатично, вы рано или поздно получите в лоб - от тех, кому будете проповедовать. Вячеслав Олегович говорил о том, что надо проповедовать не в одиночку, а с товарищами, в группе. Надо подобрать себе таких товарищей по проповеди, которые будут удерживать вас от говорения глупостей. Как начнете какую-нибудь ерунду нести, товарищи вас должны тихонько в сторонку отодвинуть и начать проповедовать вместо вас, пока у вас глупость из головы не выветрится.

В зал входили и из зала выходили люди. В самый разгар лекции в дверях появилась классическая русская старенькая бабушка в платочке, вместе с маленькой, лет пяти, внучкой. Протиснулись в угол, бабушка устроилась на стуле. Внучка захныкала: бабушка, я пойду погуляю, я погулять хочу! Бабушка оглушительно шептала: сиди! сиди тут! сиди, кому говорят! Пришлось сидеть. Потом все-таки убежала. Другая бабушка, сидевшая на стуле рядом со мной, нагло, не стесняясь, читала газету. Она держала перед собой развернутую газету на вытянутых руках и читала. Что-то такое про оздоровление, здоровое питание. Никто не говорил ей ни слова.

Виктор Олегович сказал, что, когда проповедуешь, надо думать не о том, когда же я пойду домой, а о том, что хорошо бы мне еще подольше попроповедовать. Тут же посмотрел на часы и повернулся к организатору лекции: а кстати, сколько мне еще проповедовать? Все засмеялись. Оказалось, что время уже закончилось. Хорошая, в общем, лекция.

Потом опять были индийские танцы, опять босые девушки в сари и в кокошниках ритуально притоптывали. Из соседней двери доносился вкусный запах риса с куркумой. Я понял, что скоро начнется раздача прасада (пищи, посвященной Кришне), а участвовать в этом для меня было никак не возможно. Пора уходить. Прощайте, Виктор Олегович, прощайте, Кришна дас, прощайте, босые девушки в сари, прощайте, бабушка с газетой про оздоровление, я никогда вас больше не увижу. По крайней мере, мне так кажется.

Хорошая лекция, прекрасный лектор, симпатичные на вид люди, если на их лицах и был налет фанатизма, то очень легкий, не ужасающий. Да и вообще, я еще с тех самых далеких времен сохранил большое уважение к индуизму, к этой невозможно древней, необъятной, величественной традиции. Так что не могу сказать, что я покидал небольшой розовый домик, оттрясая прах со своих ног. Нет, все нормально. Тихий домик на окраине, несколько десятков человек, все тихо и скромно, никаких тебе громогласных многочасовых шествий по Арбату, никаких стадионов и спорткомплексов «Олимпийский», никакого радио «Маяк» и телевизионного прайм-тайма… Движение Сознания Кришны теперь бытует на тихих окраинах, в тихих маленьких домах культуры или вовсе в розовом домике без какой-либо вывески, в тиши автобазы, среди деревьев и гаражей. То же самое произошло с тантристами, иеговистами, раджа-йогинами, последователями Ошо и Шри Ауробиндо, теософами… Они заняли подобающее им место, среди гаражей и деревьев, на окраине. И хорошо.

Когда я в очередной раз приду в церковь на исповедь, я скажу священнику: отец Геннадий, у меня такое дело… я тут был на кришнаитском собрании, на лекции. Мне по работе надо было, делал материал про кришнаитов, и вот, побывал на их собрании. Каюсь, отче. У кришнаитов? А ты ни в каких ритуалах не участвовал? Не поклонялся там всяким этим божествам? Гимны не пел? Да нет, отец Геннадий, что вы, ничего я не делал, просто сидел в сторонке и лекцию слушал, а после лекции ушел. Но все равно, был среди людей, осуществляющих, так сказать, идолослужение. Ну, это ничего. Ты-то сам идолослужению не предавался. Тем более по работе надо было. Это же работа, ничего страшного. Ничего, Бог простит. Накроет епитрахилью, произнесет разрешительную молитву. Целуй Крест, Евангелие. Ну, давай, с Богом, иди, причащайся.


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: