Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу


ВОИНСТВО Девяностые
на главную 3 июля 2008 года

Принуждение к миру

Миссия российской армии за рубежом


Международные миротворческие операции начали проводиться с 1948 г., сразу после образования ООН. После окончания холодной войны они превратились в своеобразный военный мейнстрим. Начала пропагандироваться мысль, что теперь армии вообще для того и существуют, чтобы «творить мир». Настойчивость, с которой эта мысль внедряется в сознание общественности, камуфлирует как ее сущностную абсурдность, так и провалы попыток ее практического воплощения.
За 60 лет миротворцы ООН успехов не достигли. Видимо, порочным является сам принцип, при котором на осуществление миротворческой операции должно быть получено согласие конфликтующих сторон, причем они должны заявить о готовности оказывать содействие проведению операции. Установленная схема означает, что операция проводится только в том случае, когда участники конфликта сами уже не способны продолжать войну и ищут «приличный» выход из ситуации. Таковым оказывается привлечение войск ООН. Если у сторон вновь возникает желание воевать, то контингент ООН ни в коем случае не является препятствием для этого. Так, миссия «по наблюдению за соблюдением прекращения огня на Ближнем Востоке», размещенная в Ливане, на Синайском полуострове и Голанских высотах после первой арабо-израильской войны, не предотвратила ни одну из последующих войн (1956, 1967, 1973, 1982 годов), дополнительная миссия в Ливане не помешала продолжению гражданской войны в этой стране и многочисленным вторжениям войск Сирии и Израиля на ее территорию. Миссия в Кашмире не помешала Индии и Пакистану вести крупномасштабные войны в 1965 и 1971 гг. и перманентные столкновения в течение всего периода с 1947 г. Миссия ООН на Кипре не предотвратила войну 1974 г. и фактический распад страны. Миссия в Анголе, проводившаяся с 1991 г., была выведена из страны в 1998 г. в связи с возобновлением гражданской войны, которую миссия была призвана предотвратить. Эта война закончилась победой правительственных войск, но «мировое сообщество» тут оказалось совершенно ни при чем.
Неэффективность такого рода операций достаточно очевидна. Реальную пользу, теоретически, могут принести операции по принуждению к миру, т. е. силовое вмешательство в конфликт с целью его прекращения. Первым опытом такой операции формально стала Корейская война 1950-53 годов, когда силы ООН отражали нападение КНДР на Республику Корея. В то время СССР и Китай бойкотировали заседания Совбеза ООН (т. е. Китай ничего не бойкотировал, его место занимал Тайвань, а СССР бойкотировал в поддержку Китая), поэтому США и их союзники провели операцию под флагом ООН. Правда, называть Корейскую войну «миротворческой операцией» как-то не принято. Тем более что она мгновенно стала именно войной, в которой «миротворцы» стремились уже не к установлению мира, а к достижению своих политических целей силовыми методами.
Затем (после осознания советским руководством бессмысленности бойкота) такие операции стали принципиально невозможны из-за непримиримых разногласий между постоянными членами Совбеза. Поэтому следующее «принуждение к миру» случилось только по окончании холодной войны. Под флагом ООН были проведены операция «Буря в пустыне» по освобождению Кувейта от иракской оккупации (успешно) и операция «Возрождение надежды» по прекращению гражданской войны в Сомали (неудачно, контингент втянулся в войну, понес серьезные потери и вынужден был эвакуироваться).
«Миротворческие» операции в бывшей Югославии проводились уже практически исключительно силами НАТО, которые слегка «разбавлялись» контингентами из других стран, в первую очередь — России. Так, силами IFOR в Боснии и Герцеговине вполне официально руководит командование ОВС НАТО на Южно-Европейском ТВД. После 13 лет «мира» в этой стране по прежнему три правительства и три армии. Миротворческая миссия, начавшаяся в 1995 г., была рассчитана на полтора года, однако продлевалась уже несколько раз. Совершенно очевидно, что если войска уйдут, война немедленно возобновится, причем воевать будут даже мусульмане с хорватами, тем более и те и другие — с сербами. Еще хуже получилось в Косово. Если в Боснии и Герцеговине войска НАТО хотя и преследовали свои интересы, но при этом действительно несли миротворческую функцию, то в случае с Косово имела место откровенная агрессия (никакого согласия ООН на операцию получено не было). При этом совершенно очевидно, что собственные политические интересы для стран НАТО полностью доминируют над задачей установления мира.
В итоге на сегодняшний день единственным эффективным миротворцем является Россия. В этом качестве она себя проявила в «ужасные 90-е», из-за чего ее подвиг остался почти никем не замеченным. Не только «цивилизованным миром», для которого признание российской эффективности означало бы признание провальности его собственного «миротворчества», но и внутренним общественным мнением, для которого все, что происходило в 90-е, стало сплошным провалом, особенно если речь идет о внешнеполитических и военных проблемах.
Россия занималась миротворчеством на территории бывшего СССР (хотя ее подразделения входили и в состав нескольких контингентов ООН в «дальнем зарубежье»). Здесь были проведены четыре миротворческие операции — в Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье и Таджикистане. Во всех случаях это делалось вне рамок ООН, хотя потом эта организация формально подключилась к операциям в Абхазии и Таджикистане. Во всех случаях имело место принуждение к миру, т. е. применялся тот единственный способ, который может дать реальный эффект, а статус «миротворческих сил СНГ» получали российские войска, уже дислоцированные в данных регионах.
Абхазия де-факто вышла из состава Грузии в момент развала СССР осенью 1991 г. В августе 1992 г. грузинская армия начала операцию по восстановлению территориальной целостности государства. Поначалу Абхазия практически не имела вооруженных сил, поэтому грузинские войска, используя вооружения бывшей 10-й мотострелковой дивизии Советской армии, заняли большую часть республики. Однако в целом грузины действовали чрезвычайно неэффективно, абхазам удалось захватить часть их вооружения и техники, еще некоторое ее количество было получено из России и даже из Приднестровья. Уже в октябре 1992 г. абхазы перешли в наступление.
Российские части оказались в обеих частях Абхазии. Например, истребительный авиаполк, оснащенный Су-27, находился на территории, контролируемой абхазами, а воздушно-десантный батальон — в грузинской части республики. После начала абхазского наступления грузинское руководство объявило, что российские войска поддерживают агрессию против Грузии (что было, на самом деле, мягко говоря, неочевидно), после чего российские войска стали подвергаться обстрелам с грузинской стороны. Министерство обороны России отдало приказ в ответ на обстрелы вести огонь на поражение. Вплоть до лета 1993 г. российские и грузинские войска регулярно обменивались артиллерийскими и авиационными ударами, причем российские удары были, конечно, гораздо эффективнее и внесли немалый вклад в поражение Грузии.
Гражданские войны в России и Грузии завершились в один день, 4 октября 1993 г. В Москве президент одержал победу над мятежным Фронтом национального спасения, а в Абхазии грузинские войска были полностью выбиты с территории республики. После этого в Западной Грузии начался мятеж звиадистов, однако он был подавлен к середине декабря при прямой военной поддержке России, высадившей в этом регионе десант морской пехоты Черноморского флота.
Роль России в данном конфликте была весьма неоднозначной. С одной стороны, она помогала абхазам вплоть до прямого участия в боевых действиях. С Северного Кавказа в Абхазию отправились тысячи добровольцев (впрочем, они обошлись без санкции Москвы). С другой стороны, именно Россия обеспечила приход Шеварднадзе к власти в Тбилиси, спасла его в сентябре 1993 г. из осажденного Сухуми и помогла разгромить звиадистов. При этом нельзя не отметить того факта, что реальную помощь абхазам российские войска начали оказывать не до, а после того, как начали подвергаться обстрелам со стороны грузинских войск.
В конечном счете, 23 июня 1994 г. на территории Абхазии появились «миротворческие силы СНГ», т. е. те российские войска, которые и так там находились, — 345-й воздушно-десантный полк. Численность войск составляла около 1,7 тыс. человек, на вооружении имелось около 10 танков, до 130 БМП и БТР, около 20 артиллерийских орудий, 4 вертолета.
Конфликт в другой части Грузии, Южной Осетии, начался в конце 1990 г. К моменту развала СССР здесь уже шла полномасштабная война, в которой осетины получали активную поддержку из Северной Осетии (республики в составе России). Договор о прекращении огня был достигнут в июне 1992 г., при этом были созданы совместные российско-грузино-осетинские миротворческие формирования. В июле 1992 г. на территорию республики был введен парашютно-десантный полк ВДВ РФ, который очень быстро добился прекращения конфликта.
Развал СССР привел и к войне в Приднестровье. Поводом к войне послужило нежелание жителей левого берега Днестра (эта часть Молдавии входила в состав СССР с 1922 г., а не с 1940-го, как остальная республика) объединяться с Румынией (реально никакого объединения, как известно, не произошло). Активные и кровопролитные боевые действия велись с весны 1992 г. и были прекращены уже в июле после прямого вмешательства в конфликт российской 14-й Армии, дислоцированной в Приднестровье. Были созданы трехсторонние российско-молдавско-приднестровские миротворческие силы (по образцу Южной Осетии). К настоящему времени миротворческие силы России здесь составляют два мотострелковых батальона и несколько отдельных подразделений общей численностью примерно 500 человек без тяжелого вооружения. За прошедшие 10 лет отношения между российскими войсками и приднестровскими властями ухудшились (причем этот процесс начался еще в 1993 г. в связи с вмешательством приднестровских «гвардейцев» во внутрироссийский конфликт на стороне антипрезидентских сил). Сейчас основной целью России в Приднестровье является вывод вооружения и техники с огромных складов бывшей Советской армии. Приднестровцы активно сопротивляются этому процессу, рассчитывая захватить хотя бы часть вооружений, что еще больше обостряет их отношения с российской стороной.
Гражданская война в Таджикистане также началась после развала СССР. Толчком к ней послужила «война площадей» (постоянно действующих проправительственного и антиправительственного митингов) в Душанбе весной 1992 г. и быстро привела к расколу страны на более развитый Север и отсталый Юг. С сентября 1993 г. в Таджикистане начали действовать «коалиционные миротворческие силы СНГ», т. е. уже находившаяся в стране 201-я мотострелковая дивизия ВС РФ, которой формально были приданы формирования из Казахстана, Киргизии и Узбекистана (никакого участия в боевых действиях они не принимали и быстро вывели из Таджикистана свои чисто символические контингенты). Прямое вмешательство в конфликт 201-й дивизии позволило добиться прекращения огня, несмотря на крайнюю сложность операции, когда часто было неясно — кого с кем нужно разъединять, с кем и почему бороться. В 1994 г. начались переговоры между правительством Таджикистана и оппозицией, которые завершились подписанием в Москве 27 июня 1997 г. соглашения об установлении в стране мира и национального согласия. Вооруженные формирования и политические структуры оппозиции интегрировались с официальными. При этом клановая и территориальная разобщенность в стране сохраняется.
Миротворческая операция России в Таджикистане была максимально последовательным воплощением принципа принуждения к миру и оказалась наиболее эффективной, так как привела к прекращению самой кровопролитной из войн на территории бывшего СССР. В настоящее время 201-я мотострелковая дивизия, формально входящая в состав Приволжско-Уральского военного округа и усиленная 323-м штурмовым авиаполком, является гарантом внутреннего мира в стране и обеспечивает его внешнюю безопасность, будучи в несколько раз сильнее ВС Таджикистана. Всего российский контингент в Таджикистане насчитывает примерно 12 тыс. человек, около 200 танков Т-72, более 300 БМП и БТР, более 200 орудий, минометов и РСЗО, несколько штурмовиков Су-25, не менее 20 вертолетов. Значительную часть рядового состава 201-й МСД составляют местные жители, служащие по контракту (зарплата российского контрактника, достаточно ничтожная по нашим меркам, является почти баснословным богатством для граждан Таджикистана). Кроме собственно миротворческих функций российскому контингенту долгое время приходилось решать задачу по охране внешних границ Таджикистана от афганского наркотрафика, а затем и агрессии талибов. По сути, это была защита границ не только собственно Таджикистана, но и всей Центральной Азии, да и самой России, «открытой настежь» с этого направления.
Внешняя угроза для Таджикистана значительно снизилась после начала американской операции в Афганистане в 2001 г. Однако сегодня судьба этой операции в высшей степени неочевидна, поскольку у американцев силы отнимает Ирак, европейцы в принципе не готовы воевать, а талибы живут и здравствуют. Поэтому если судьба российского миротворческого контингента в Грузии представляется достаточно неясной, то в Таджикистане он продержится еще очень долго.
Российские миротворческие контингенты в странах СНГ состояли почти исключительно из десантников, наиболее подготовленной и боеспособной части ВС РФ. Наши миротворцы принципиально отличались от своих ооновских коллег готовностью убивать и умирать. Задачу «принуждения к миру» они понимали вполне буквально, поэтому выполняли ее быстро и успешно. В отличие от них, подавляющее большинство ооновских миротворцев никогда и ни при каких обстоятельствах не проявляло готовности умирать. Это касается даже и воинов из развивающихся стран, а уж про европейцев нечего и говорить. Классическим примером здесь является поведение голландских военнослужащих в Боснии, которые в 1995 г. не сделали ничего для того, чтобы предотвратить резню, устроенную сербами против мусульман в городе Сребренице. Капитан Хенрик ван дер Ваах, служивший в этом голландском батальоне, позже сказал следующее: «Долг офицера заключается в том, чтобы отказаться от неоправданного риска и сохранить жизни подчиненных. У нас не было такого приказа — умирать, спасая мусульман или кого бы то ни было». Вот и все миротворчество.
Можно отметить, что все указанные операции Россия провела в начале 90-х, когда в ней самой внутренняя экономическая и политическая ситуация была исключительно сложной. Статус Российской армии был не вполне понятен не только за пределами, но и внутри собственной страны. Тем не менее армия решила сложнейшую боевую задачу, — предотвратила уничтожение абхазского и южно-осетинского народов, самоуничтожение таджикского народов. Успех миротворческих операций сыграл очень значительную роль в том, что, несмотря на сложнейшие внутренние проблемы, Россия в 90-е сохранила абсолютное доминирование в СНГ, возможность оказывать решающее влияние на внутриполитические процессы в этих странах.
Сейчас, когда Россия «встает с колен», это решающее влияние почему-то утрачено практически полностью, страны СНГ все более уверенно идут своим путем, не оглядываясь на Москву. А наши миротворческие контингенты вроде бы продолжают выполнять свои задачи, но все больше начинают походить на контингенты НАТО в бывшей Югославии. В том смысле, что начинают обслуживать интересы руководства своих стран, на фоне которых задача сохранения мира как-то теряется.


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: