Русская жизнь
Новости издательстваО журналеПодписка на журналГде купить журналАрхив
  
НАСУЩНОЕ
Драмы
Хроники
БЫЛОЕ
«Быть всю жизнь здоровым противоестественно…»
Топоров Адриан 
Зоил сермяжный и посконный

Бахарева Мария 
По Садовому кольцу

ДУМЫ
Кагарлицкий Борис 
Cчет на миллионы

Долгинова Евгения 
Несвятая простота

ОБРАЗЫ
Ипполитов Аркадий 
Ожидатели Августа

Воденников Дмитрий 
О счастье

Харитонов Михаил 
Кассандра

Данилов Дмитрий 
Пузыри бытия

Парамонов Борис 
Шансон рюсс

ЛИЦА
Кашин Олег 
«Настоящий диссидент, только русский»

ГРАЖДАНСТВО
Долгинова Евгения 
Похожие на домашних

Толстая Наталья 
Дар Круковского

ВОИНСТВО
Храмчихин Александр 
Непотопляемый

МЕЩАНСТВО
Пищикова Евгения 
Очередь

ХУДОЖЕСТВО
Проскурин Олег 
Посмертное братство

Быков Дмитрий 
Могу

ОБРАЗЫ Грехи
на главную 22 октября 2008 года

Советы умной женщины

Гордыня малая


Интеллигентный человек привычно брезгует глянцевой прессой, это для него нечто вроде телевизора. «Там нет мыслей», - говорит интеллигентный человек, если вдруг кто-то случайно заводит мещанский разговор о каком-то сверкающем издании или показывает на такое издание в витрине газетного киоска. Меж тем интеллигентный человек ошибается - мысли в глянцевой прессе есть. И не только мысли, а еще даже и идеи. Двадцать пять способов придумать двадцать шестой - есть. Как быть неотразимой - есть. Как подчеркнуть свою индивидуальность - есть. Как перестать беспокоиться и начать жить - вот этого нет, но это есть у Дейла Карнеги, см. худ. пер. с англ. изд-ва «Шанс», М., 1992 г. Он был бы отличным глянцевым колумнистом. Потому что глянцевые колумнисты высказывают мысли в стилистике протестантских телепроповедников в галстуках - этих героев американского телевидения в начале 90-х очень любило русское телевидение. Потом они надоели. А глянцевые колумнисты нет. Глянцевые колумнисты в России чувствуют себя докторами наук, вынужденными преподавать в начальной школе. Глубочайшее презрение к своей читательской аудитории - отличительная черта глянцевого колумниста. Немолодая женщина с искусствоведческим образованием, без пяти минут доктор наук, важный газетный критик, ежегодно летающий на разнообразные биеннале, имя есть, денег нет. Женщина использует тягу глянцевой прессы к именам и соглашается на предложение редактора женского журнала вести колонку. «О чем надо будет писать?» - спрашивает она, пряча ноги в дешевых туфлях под ламинированный стол в сияющей искусственным светом переговорной комнате. «Практические советы. За жизнь». «Как быть модной?» - уточняет художественный критик. «Нет, ну что вы? - мягко улыбается редактор и отставляет в сторону маленькую, вдвое меньше обычной, чашечку с кофе. - Советы умной женщины. О ревности. О любви. О социализации. О том, как быть светской. Вы ведь понимаете? Нам нужна ваша тонкость. Ваш ум. Мы стараемся совместить в нашем журнале то, что совместить невозможно - красоту и ум». Любой бы осекся после такой фразы, но главный редактор улыбается, как перед фотообъективом, и поворачивает маленькую чашечку вокруг своей оси, и чашечка нежно-нежно скрипит, будто попискивает: тонкий фарфор трется о тонкий фарфор - искусствоведческий критик соглашается с вымученной улыбкой и, доев печенье, идет домой, по дороге быстро-быстро облизывая сладкие, вымазанные в зефире пальцы.

Совсем скоро, со следующего же номера, начинается ее активная творческая деятельность: давайте поговорим о приятном, - пишет она. Приятное - это духовность, это неосязаемые материи, - пишет она, но находит такое словосочетание грубым, увечным, зачеркивает и пишет: «то, что нельзя потрогать руками». «Лихо, - думает критик, заваривая чай и просматривая очередной каталог с выставки актуального искусства. - Это ведь вполне себе мысль, сгодилась бы и для нормальной колонки, звучит очень иронично, пусть глянцевые обезжиренные девушки утрутся после такого плевка». Девушки утираются, а главный редактор нет. В следующей - уже телефонной - беседе главный редактор просит колумниста выбирать темы конкретнее. «Насколько конкретнее?» - с некоторой, правда, едва уловимой ехидцей спрашивает колумнист. «Ну, напишите, что ли, о лицемерии. О лукавстве. Вот-вот! О светском офисном лукавстве!» Колумнист хочет спросить, бывает ли церковное офисное лукавство, но осекается: все же 500 у. е. по курсу ЦБ за текст - не фунт изюма, а гораздо больше. И пишет, пишет: «Не верьте словам, услышанным в офисе, не верьте пожеланиям хорошего дня и приятного вечера, не ждите, что выходные будут приятными, равно как и аппетит, если вам назначили встречу, на нее не придут, а если договорились подписать контракт, то деловые отношения можете считать прерванными». Кончает - страшно перечесть: колонка выглядит как письмо многократно брошенной любовницы, роман мадам Бовари, написанный не Флобером, выдававшим себя за нее, а ею самой. Первый порыв, первое движение - к кнопке delete, переписать, переделать, но почти мгновенно уважаемый автор понимает, что все правильно, что тут есть точный расчет, ведь публику можно удивить лишь неожиданным, доселе невиданным и неслыханным поворотом мысли, хочешь быть услышанным - делай все наоборот. Автор отрывает голову от клавиатуры и улыбается. «Закон шоу-бизнеса, - думает интеллигентная женщина. - Первый закон шоу-бизнеса». Трудно сказать, почему глянцевая пресса кажется ей, без пяти минут доктору наук, шоу-бизнесом, вряд ли всему виною юность, проведенная в Ленинской библиотеке. Вероятно, она просто плохо представляет себе границы шоу-бизнеса; так ведет себя турист, впервые попавший в Европу: улыбки пассажиров в транспорте кажутся ему искренним проявлением симпатии, улыбки продавщиц - приглашением к знакомству. Впрочем, Маркс был прав, сравнение хромает: глубокое презрение к этому самому глянцевому «шоу-бизнесу» колумнист и не скрывает: во время кофе-брейков на пресс-конференциях, посвященных открытию биеннале, всякий раз смеется над ним в голос. «А знаете анекдот? Блондинка звонит по телефону: „Я хочу заказать пиццу&ldquo. Ей говорят: „Вы не туда попали. Это телефон доверия“. „Если вы не принесете мне пиццу, я покончу с собой“, - отвечает немедленно блондинка. А-хахахахахахахаа! Ха-ахахахахахахахаха!» Все смеются - так, что даже кофе проливается на скатерть.

Возвращаясь в Москву, сидя возле emergency exit на кресле с неоткидывающейся спинкой, критик-колумнист пьет посреди ночи седальгин, чтоб избавиться от головной боли и пережить недосып, и вдруг понимает, что анекдот-то про блондинку - показательный. Блондинка-то какая продвинутая, находчивая, умная пошла. «Это все потому, что я научила их думать!» - понимает она и торжествующе, горделиво, сжав руку в кулак, грозит небесам, а на самом деле - шоу-бизнесу.

Вернувшись домой, она садится за ноутбук: «Смерть блондинки» - так будет называться ее следующая колонка в глянцевом издании.

А потом все происходит, как в «Тридцатой любви Марины» писателя Сорокина. Отчеты о выставках и биеннале постепенно приобретают примерно такой вид: «Элитная публика по достоинству оценит эксклюзивное мастерство актуального художника». И все прочее в том же духе. При этом смех, шуточки и интеллигентская рефлексия по поводу «шоу-бизнеса» продолжаются. Среди своих, конечно же, за чашкой кофе: главный редактор давно уже на кофе ее не приглашает, только по телефону звонит и тексты заказывает или e-mail-ы шлет, например, такие: «Напишите-ка нам про гордыню, Светланочка». Светланочка рассеянно снимает с полки справочник, открывает на нужной странице и читает: «В христианстве гордыня считается самым тяжким из семи смертных грехов, считается, что именно она привела к падению Люцифера, ставшего Сатаной».


Версия для печати

АВТОРЫ
Леонтьев Ярослав
Топоров Адриан
Чарный Семен
Азольский Анатолий
Андреева Анна
Аммосов Юрий
Арпишкин Юрий
Астров Андрей
Бахарева Мария
Бессуднов Алексей
Бойко Андрей
Болмат Сергей
Боссарт Алла
Брисенко Дмитрий
Бутрин Дмитрий
Быков Дмитрий
Веселая Елена
Воденников Дмитрий
Володин Алексей
Волохов Михаил
Газарян Карен
Гамалов Андрей
Галковский Дмитрий
Глущенко Ирина
Говор Елена
Горелов Денис
Громов Андрей
Губин Дмитрий
Гурфинкель Юрий
Данилов Дмитрий
Делягин Михаил
Дмитриев-Арбатский Сергей
Долгинова Евгения
Дорожкин Эдуард
Дудинский Игорь
Еременко Алексей
Жарков Василий
Йозефавичус Геннадий
Ипполитов Аркадий
Кашин Олег
Кабанова Ольга
Кагарлицкий Борис
Кантор Максим
Караулов Игорь
Клименко Евгений
Ковалев Андрей
Корк Бертольд
Красовский Антон
Крижевский Алексей
Кузьминская Анна
Кузьминский Борис
Куприянов Борис
Лазутин Леонид
Левина Анна
Липницкий Александр
Лукьянова Ирина
Мальгин Андрей
Мальцев Игорь
Маслова Лидия
Мелихов Александр
Милов Евгений
Митрофанов Алексей
Михайлова Ольга
Михин Михаил
Можаев Александр
Морозов Александр
Москвина Татьяна
Мухина Антонина
Новикова Мариам
Носов Сергей
Ольшанский Дмитрий
Павлов Валерий
Парамонов Борис
Пахмутова Мария
Пирогов Лев
Пищикова Евгения
Поляков Дмитрий
Порошин Игорь
Покоева Ирина
Прилепин Захар
Проскурин Олег
Прусс Ирина
Пряников Павел
Пыхова Наталья
Русанов Александр
Сапрыкин Юрий
Сараскина Людмила
Семеляк Максим
Смирнов-Греч Глеб
Степанова Мария
Сусленков Виталий
Сырникова Людмила
Толстая Наталья
Толстая Татьяна
Толстой Иван
Тимофеевский Александр
Тыкулов Денис
Фрумкина Ревекка
Харитонов Михаил
Храмчихин Александр
Черноморский Павел
Чеховская Анастасия
Чугунова Елена
Чудакова Мариэтта
Шадронов Вячеслав
Шалимов Александр
Шелин Сергей
Шерга Екатерина
Янышев Санджар

© 2007—2009 «Русская жизнь»

При цитировании гиперссылка на www.rulife.ru обязательна

Расскажи о сайте: